Общероссийская общественная организация "Всероссийское общество глухих" (ВОГ)

Новостной повод отсутствует

Почему СМИ мало пишут о глухих и инвалидности

Иллюстрация: Анастасия Москвичева


Довольно часто со стороны людей с ограниченными возможностями (в том числе глухих) звучат упреки в адрес средств массовой информации. Припоминают им целую палитру грехов – и слишком жалостливый тон публикаций, и незнание темы, и использование дискриминационных терминов (например, «глухонемой» вместо «глухой»). Но самая частая претензия к миру медиа – что издания вообще мало пишут о проблемах инвалидов. Инвалиды как бы выключены из новостной повестки крупных игроков медиарынка, а если они и обращают внимание на эту сторону общественной жизни, то поводом служит что-то скандальное, часто характеризующее инвалидов не с лучшей стороны.

«ВОГинфо.ру» решил разобраться, соответствует ли действительности такое представление и поговорил с журналистами, пиар-менеджерами, руководителями некоммерческих организаций и другими людьми, которые активно работают с медиаполем.

Кто виноват?

С инвалидной колокольни виновными в недостаточном внимании к проблемам людей с ограниченными возможностями являются сами журналисты. Им неинтересно, у них ограниченный кругозор, их больше интересует «жареное», чем важное – вот неполный перечень «предъяв» инвалидов к журналистам. Однако Ольга Бакушинская, колумнист Lenta.ru, журналист и телеведущая, с этим не согласна.

ВОГинфо.ру: Насколько вообще среди журналистов распространен поиск тем, связанных с инвалидностью? Есть ли журналисты, которые специализируются на этой теме?

Ольга Бакушинская: Нет такой категории журналистов. Они все очень разные и работают в совершенно разных местах с разными задачами. То есть нельзя привлечь внимание к этой теме вдруг всех подряд журналистов. Ну если вдруг Алла Пугачева, не дай Бог, станет инвалидом – это, конечно, повод. Но я полагаю, вы таких поводов не хотите. Ну а так, есть журналисты, которые пишут или снимают на эту тему. Некоторые из них просто гениальные.

Например, кто?

Например, Валерий Панюшкин или Екатерина Гордеева.

Ольга Бакушинская / Фото: личная страница Facebook


Если мыслить об инвалидах как об одном из меньшинств, то это самое большое меньшинство в мире. Но почему тогда в медиаполе другие меньшинства привлекают гораздо большее внимание журналистов? Ну, например, те же сексуальные меньшинства.

С сексуальными меньшинствами в данный момент просто. Они являются в России объектом прямой государственной дискриминации. Широко объявленной. Инвалиды дискриминируются по-другому. На словах для них все делается, на деле ничего. Но геи неожиданно просто оказались в худшем положении.

Геи считают, что обозначение их «гомосексуалистами» дискриминационно. Нечто похожее есть и у глухих — они считают таким же дискриминационным название «глухонемые». И вот это очень показательно в плане СМИ – большинство российских СМИ уже научились пользоваться термином «геи», а вот глухие как были глухонемыми, так и остались. Даже на той же «Ленте.ру».

Да, я согласна. Это проблема. Которая, впрочем, решаема. На моих глазах многие журналисты уже привыкли писать не «болезнь Дауна», а «синдром Дауна». Так что это вопрос просвещения. Надо больше объяснять, что есть более приемлемые термины для определения людей, которых может обижать определение «глухонемые». Надо просто рассказывать об этом, в том числе и вам самим.

И все-таки: вас, как журналиста, каким образом заманить на нашу территорию?

Нужно отметить, я тут не пример ни разу, я не референтная группа. Я работаю в фонде «Подари жизнь», и меня легко заинтересовать. Но я поняла ваш вопрос. Меня интересуют, как и всех – проблемы и истории. Интересные истории людей и их достижений. А проблемы… Ну, это нельзя запрограммировать.

Значит, журналисты пошли бы на условную Аллу Пугачеву, если бы было заявлено, что там не просто песни будут переводиться на жестовый язык, но и даже гардеробщицы будут его знать?

Ой, я бы пошла. Это так интересно (смеется).

Можно предположить, что реальная причина недостаточного внимания журналистов к теме инвалидности лежит в неумении многих общественных организаций работать со СМИ. Это подтверждает Евгения Стифонова, пиар-менеджер РООИ «Перспектива»:

Евгения Стифонова: У многих некоммерческих организаций какая позиция? «Мы делаем огромную работу и мы не должны ничего никому объяснять, и так все понятно, и не надо нам мешать». А потом, когда выходит материал, начинаются обиды и недовольства. Потому что журналист что-то не так понял, где-то не то написал. Ну вот он и не мешал. Я всегда говорю, что когда рассказываете об организации или о том, что вы делаете, нужно говорить, как в первый раз. Потому что человек не может за короткое общение охватить весь объем информации, который вы знаете. И к тому он же не ходит и не думает только о вас. Поэтому нужно рассказывать, объяснять то, что вы хотите объяснить, но при этом не перегружать информацией, чтобы журналисты при этом хотели к вам вернуться. А не говорили: «Я больше туда не поеду, мне начали рассказывать историю организации с начала ее основания и по сей день» (смеется).

Евгения Стифонова / Фото: личная страница Facebook


По вашему мнению, действительно ли СМИ тему инвалидности поднимают нечасто?

Мне кажется, это заблуждение. Особенно в последнее время. За последние несколько лет ситуация очень сильно изменилась, и СМИ регулярно освещают эту тему. Тем более сейчас, когда у государства многочисленные программы (по доступности и прочее) плюс Паралимпиада скоро.

То есть все в этом плане сейчас просто замечательно?

Я думаю, нет предела совершенству. Раньше писали мало. Сейчас пишут больше, что уже можно считать огромным сдвигом. Другой момент, что все мы люди, и можем быть правы в чем-то, а можем нет. Так вот и в теме освещения проблем инвалидности есть свои минусы. Чаще всего журналисты, которые не сталкивались с проблемой инвалидности, пишут о людях с инвалидностью либо как о героях, либо как об «униженных и оскорбленных». Хотя есть и профессионалы, которые пишут без стереотипов.

Невидимая инвалидность

В самом деле, это похоже на правду, что СМИ начали больше писать на тему инвалидности. Однако существует некий перекос – чаще всего пишут все-таки о тех категориях инвалидности, которые видны невооруженным глазом. Глухим с этим «не повезло». Украинский режиссер Мирослав Слабошпицкий рассуждает так:

Мирослав Слабошпицкий: В публикациях об инвалидах речь идет прежде всего о видах инвалидности с ярко выраженными внешними проявлениями: отсутствие конечности, какой-нибудь паралич и прочее. То же самое, собственно, касается и кинематографа. Глухие внешне не обладают никакими ярко выраженными признаками того, что человек привык вкладывать в понятие «инвалид». Я вообще не помню, чтобы я что-либо читал о глухих, естественно, кроме статей на специализированных сайтах для глухих. Скажу вам больше, до начала работы над фильмом, я даже не знал, что глухие считаются инвалидами. То есть для меня, как для любого обывателя, они не ассоциировались с этим понятием.

Мирослав Слабошпицкий / Фото: личная страница Facebook


Но ведь у нас есть очень даже заметный признак — махание руками?

Ну вам есть чем махать. Повторюсь – в понимании большинства обывателей «инвалид» — это человек без руки или без ноги, например…

То есть, другими словами, глухие как инвалиды невидимы?

Наверное, вы правы. Наверное, так. Я не анализировал. Если рядом поставить глухого и не глухого человека, пока они себя не проявят – вы не увидите разницы.

Наверное, со мной согласятся многие глухие — это хорошо, что в глухих не видят инвалидов. Но есть и минус такого положения дел – очень сложно показать наши проблемы и убедить, что они не проще, чем у тех, кто имеет, скажем так, «видимую» инвалидность. Вот с этой точки зрения что бы могло привлечь внимание людей к нашим проблемам?

Сложно ответить на ваш вопрос. Возможно, вам мешает некоторая герметичность, закрытость глухих внутри своего сообщества, обусловленная в том числе объективными причинами. Ведь человек, обладающий видимой инвалидностью, не испытывает проблем в разговоре с журналистом или любым другим человеком. В то время как глухой – внешне ни чем не напоминающий человека с ограниченными возможностями – вынужден пользоваться жестовым языком, для которого нужен переводчик. Возможно, закрытость сообщества в силу объективных причин здорово вредит. Возможно, в этом есть определенная трагическая сторона, сложно воспринимать человека без видимых физических особенностей как какого-то особенного человека, но в то же время, есть сложности в коммуникации.

Совершенно верно, самая главная проблема глухих — это коммуникационный барьер со слышащими.

Но с другой стороны — чтобы разговаривать с французом, нужно знать французский, с русским — русский и так далее. И как с этим бороться – я не знаю…

***

Представление, будто об инвалидах пишут очень мало, в настоящее время не соответствует действительности. Освещать инвалидную тему стали больше, не в последнюю очередь благодаря усилиям государства, которое реализует ряд программ, направленных на улучшение качества жизни инвалидов. Однако если говорить о качестве публикаций – оно еще «хромает», что, впрочем, является симптомом более широкой проблемы, а именно недостаточной информированности общества в целом о проблемах и жизни инвалидов. Одним из следствий этого является также перекос – больше освещаются те категории инвалидности, которые можно увидеть невооруженным глазом. Журналистов, которые в теме, пока явно недостаточно, но раньше их, можно сказать, и не было вовсе.

В этих условиях ведущую роль должны, по-хорошему, взять на себя общественные организации инвалидов, но, к сожалению, немногие из них умеют эффективно работать со СМИ. От того, насколько быстро общественные организации инвалидов научатся взаимодействовать с медиа, зависит самое важное – изменение отношения общества к инвалидам, устранение стереотипов и в конечном итоге более полное включение инвалидов в жизнь общества.

Максим Прошкин

P.S. В декабре ушедшего года на страницах газеты Московской городской организации Всероссийского общества глухих «Мир глухих» было опубликовано интервью с секретарем Союза журналистов России Владимиром Касютиным. В интервью поднимались темы, созвучные этому материалу, а местами акценты расставлены даже более удачно. Прочитать интервью можно на четвертой странице «МГ» за декабрь 2013 года, онлайн-версия газеты доступна по этой ссылке (pdf).

Оставить комментарий

Пожалуйста, авторизуйтесь чтобы добавить комментарий.