Общероссийская общественная организация "Всероссийское общество глухих" (ВОГ)

Зачем слышащим актерам жестовый язык?

Театр из Екатеринбурга покажет постановку на жестовом языке

В Москве снова, как и год назад, в Театральном центре «На Страстном» пройдут (15-26 января) гастроли екатеринбургского «Коляда-театра». Этот необычный коллектив, возглавляемый знаменитым театральным деятелем Николаем Колядой, применяет в некоторых своих постановках жестовый язык. В этом смогут убедиться те зрители, кто придут 18 января в 12 часов на спектакль «Старые песни о главном-2».

Предлагаем вниманию читателей интервью Николая Коляды, которое он дал журналу «ВЕС» (№2-2013), где он рассказывает, почему и как он заинтересовался жестовым языком, и какая польза слышащим студентам театрального вуза от ЖЯ.

Николай Коляда: «Жестовый язык – это как наскальная живопись»

Режиссер и драматург, руководитель «Коляда-театра» в Екатеринбурге, преподаватель Екатеринбургского театрального института, Заслуженный деятель искусств РФ Николай Коляда дал интервью нашему журналу. Интерес редакции «ВЕС» к известному театральному деятелю продиктован его вниманием к жестовому языку. Он использует ЖЯ в процессе обучения слышащих студентов в театральном институте. А спектакль «Старые песни о главном» — полностью на жестовом языке, уже более 5 лет с успехом идет на сцене «Коляда-театра».

— Николай Владимирович, с чего все началось? Как к Вам пришла эта, прямо скажем, весьма нестандартная идея – использовать жестовый язык в спектаклях для слышащих зрителей?

— Лет десять назад мы готовили к постановке пьесу «Клаустрофобия» по пьесе Константина Костенко. Действие происходит в тюрьме, и один из четырех героев – глухой парень по кличке Немой, которого в конце убивают. Так вот, для того, чтобы актер говорил на языке жестов, я решил пригласить переводчицу жестового языка. Позвонил в Дом культуры ВОГ, там меня связали с Мариной Крашенинниковой. Она согласилась помочь нам. Думал, поставит она нам пару-тройку жестов, и достаточно. Но когда Марина показала нам видеозапись жестовой песни в исполнении ее ученика Алексея Знаменского, я был в полном восторге. Красота жестового языка, его выразительность так захватили меня, что на следующий день я собрал актеров и сказал: хочу, чтобы вы выучили эту песню на языке жестов.

Песня из спектакля «Старые песни о главном-2»


И ввели песню в спектакль?

– Да, она там несколько раз исполняется (песня «Ласковая моя»). Она напрямую не связана с сюжетом, но привносит в спектакль тему любви и добра. Этот спектакль идет в нашем театре до сих пор, и пользуется большой популярностью. С того момента и началась наша дружба с Мариной Васильевной, об этом я говорил на юбилее ее «Театра на ладони».

— От одной жестовой песни в спектакле до введения этого предмета в учебную программу театрального института – все же дистанция огромного размера. Как Вы решились на такое?

— Не сразу, прошло пять лет. Я 20 лет преподаю в Екатеринбургском театральном институте на отделении драматургии, а в 2007 году мне впервые предложили набрать курс на актерском факультете. И вот тогда меня осенило, что для лучшей подготовки актеров просто обязательно надо обучать их жестовому языку. Снова пригласили Крашенинникову в качестве преподавателя. И к концу семестра каждый студент сдал зачет с собственной жестовой песней. На основе выученных песен мы сделали в «Коляда-театре» музыкальный спектакль «Старые песни о главном». Все пять лет, пока студенты не закончили институт, спектакль шел в нашем театре, всегда был полный зал слышащих зрителей. И на гастролях спектакль показывали в больших залах на «ура».

— А если конкретно, что, кроме экзотики, дает слышащим актерам жестовый язык?

— Когда актер говорит на сцене на жестовом языке, то он не бросается словами, учится ценить каждое слово. Да и в артистизме, пластике жестовая песня развивает актеров. Если бы я был министром образования или культуры, добавил бы жестовый язык как обязательную дисциплину в учебный план театральных вузов России.

— А что теперь с тем первым спектаклем? Сейчас жестовые песни у вас играли первокурсники…

— Учеба закончилась, выпускники разъехались, спектакль прекратил свою естественную жизнь. Из всего выпуска в мой театр я взял семеро ребят. Набрал новый курс – 25 человек, и Марина Васильевна за три месяца поставила с ними новые песни. Спектакль возродился под названием «Старые песни о главном-2», он уже стоит в репертуаре театра, на ближайшие показы все билеты проданы.

— Я был восхищен тем, какое яркое зрелище можно сделать из жестовых песен. Изобретательная режиссура, хореография, прекрасное взаимодействие артистов, темп, энергетика – нет слов!

— Это все заслуга Марины Васильевны. Мне понравилось, что были отобраны песни из разных эпох. Получился интересный сплав. Да и студенты талантливые. (Крашенинникова уточняет, что она ставила только жестовую песню, а режиссуру и общее решение сделал сам Коляда, — В.С.)

— На юбилее «Театра на ладони» выступали не только ваши студенты, но и учащиеся факультета кукольного театра, которые тоже учились у Крашенинниковой жестовой песне. Выходит, ваш пример стал заразителен?

— Да, другие педагоги посмотрели на нас, и поняли, как полезен для подготовки будущих актеров жестовый язык. Это замечательно. Но скромно замечу: все равно мои ребята лучше! (смеется)

— Радует, когда такие известные деятели культуры, как Вы, ценят и уважают жестовый язык за его своеобразие. Спасибо Вам!

— Лично я не просто ценю, а можно сказать, влюблен в жестовый язык. Это невероятно прекрасное зрелище. Я с восхищением смотрел фильмы «Пыль», «Шапито-шоу», в которых глухие актеры играли на жестовом языке, тот же Алексей Знаменский исполнял жестовую песню «Мы ждем перемен». Такое сильное впечатление! Жестовый язык – это что-то присущее природе человека, это как наскальная живопись!

Заказать билеты на спектакль можно на сайте ТЦ «На Страстном».

Текст и фото — Василий Скрипов

Оставить комментарий

Пожалуйста, авторизуйтесь чтобы добавить комментарий.